КОНСЕРВАТОРИЯ

До поступления в консерваторию Петр Ильич занимался музыкой поверхностно, как любитель, и о многих произведениях великих композиторов не имел никакого понятия. Он отлично знал многие оперы Россини, Доницетти, Верди, но вряд ли помнил сколько симфоний написал Бетховен. Таких же композиторов, как Иоганн Себастьян Бах и Роберт Шуман, мало известных в кружках светских любителей музыки, он не знал тогда вовсе.

Ларош, наоборот, обладал большими познаниями г. музыкальной литературе и знакомил Петра Ильича с творениями великих мастеров. Впервые встретились они в консерватории и сразу подружились. В детстве Ларош обнаруживал блестящие способности к сочинению, но композитор из него не вышел. Зато развился в нем талант литературный, и он стал музыкальным писателем.

В конце 1865 года Чайковский окончил Петербургскую консерваторию. Среди его сочинений, написанных в годы учения, выделялась увертюра к драме А. Н. Островского «Гроза». Петр Ильич написал ее под впечатлением игры актрисы В. Снетковой, создавшей сильный и правдивый образ Катерины. В свою увертюру он ввел мелодию народной песни «Исходила младенька».
Удачен был также его струнный квартет.

На выпускном акте, первом в истории консерватории, исполнялась экзаменационная работа Чайковского по классу сочинения — кантата на оду Шиллера «К радости» для хора, солистов и оркестра (тот же текст положен в основу финала Девятой симфонии Бетховена).

Сам автор кантаты не присутствовал на акте — он боялся устного публичного экзамена по теории музыки, который происходил после исполнения сочинений оканчивающих композиторов. Негодованию Рубинштейна не было пределов.

Такое нарушение дисциплины! — Не явился — лишить диплома, — отрезал он, когда обсуждали кантату Чайковского и обнаружили исчезновение автора. Дружными усилиями экзаменационной комиссии удалось умилостивить разгневанного директора, и оканчивающего студента Чайковского постановили признать достойным диплома и присудили ему серебряную медаль за отличные успехи.

Кантата не понравилась ни Антону Рубинштейну, ни композиторам — членам балакиревского кружка. Кюи дал о ней суровый, уничтожающий отзыв.

Молодой композитор был сильно удручен. Еще больше огорчился он, когда Рубинштейн не захотел исполнить кантату в концерте и потребовал коренной переделки.

Ларош оказался в ту пору единственным, кто верно определил силу музыкального таланта своего друга. Письмо его очень обрадовало и поддержало Чайковского. «…Вы самый большой музыкальный талант современной России… — писал он другу, — я вижу в вас самую великую или лучше сказать — единственную надежду нашей музыкальной будущности… Ваши творения начнутся, может быть, только через пять лет; но эти, зрелые, классические, превзойдут все, что мы имели после Глинки».

Почти тотчас после выпускного экзамена, в первых числах января 1866 года, Петр Ильич Чайковский уехал в Москву, куда был приглашен преподавателем теории на музыкальные курсы, открытые братом Антона Григорьевича — Николаем Григорьевичем Рубинштейном.

Страницы: 1 2 3 4