НОВЫЕ СОЧИНЕНИЯ

Первое представление «Опричника» (12 апреля 1874 года) прошло с большим успехом. Публика много аплодировала и вызывала автора. В одной из лож второго яруса сидел Илья Петрович с семьей. Каждый раз, когда публика начинала аплодировать, старик утирал слезы радости, а в течение действия плакал в патетических местах.

— Папаша, а что если бы Петя сейчас был не композитором, а чиновником и получил анненскую звезду, чему бы вы больше радовались — ордену или вот такому успеху?—спросил его Модест.
Илья Петрович отвел сияющие счастьем глаза от сцены, где видна была фигура сына, выходившего на вызовы, и, тихонько вздохнув, произнес убежденным тоном:

—Ну, конечно, Моденька, анненская звезда лучше…
— Не замечательный ли у нас отец! — сказал растроганный Петр Ильич, когда Модест передал ему этот разговор.— Ни разу не дал он мне понять, что недоволен мной, ни разу не выказал сожаления о том, что я бросил службу, а сам-то, наверное, как мучился… Немногие музыканты имели такого отца, как наш,— прибавил он, мысленно браня себя за то, что иногда подолгу не писал старику.

Ларош отнесся к «Опричнику» Чайковского очень одобрительно. «Богатство музыкальных красот в новой опере так значительно, что она… займет важное место как между произведениями г. Чайковского, так и между образцами русской драматической музыки…— писал он,— в его произведениях знание русского народного элемента и горячая любовь к сокровищам русских народных песен соединяются с замечательным музыкальным образованием, с блестящею техникой и чувством меры, неизменно сопутствующим истинному художнику».

Похвалив тонкую, со вкусом сделанную обработку многочисленных народных напевов в опере и превосходную инструментовку, Ларош упрекает композитора в недостаточной яркости вокальных партий — часто голоса заглушаются оркестром, и партия оркестра оказывается значительно интереснее, чем партии певцов.

Самым строгим судьей оказался на этот раз сам композитор. «Меня терзает «Опричник»,— писал он.— Эта опера до того плоха, что на всех репетициях (особенно от третьего и четвертого акта) я убегал, чтоб и не слышать ни одного звука, а на представлении готов был провалиться.

Не странно ли, что когда я написал ее, то мне первое время казалось, что это прелесть, что такое. Но какое разочарование с самой первой репетиции! Нет движения, нет стиля, нет вдохновения».

После премьеры Петр Ильич тотчас же уехал за границу, чтобы отдохнуть от пережитых треволнений. Он был уверен, что «Опричник» провалился и сразу сойдет со сцены. Но композитор ошибался. В Петербурге опера имела, правда, средний успех, зато в Киеве, где она была поставлена в декабре этого же года, успех был блестящий.

Вообще Петру Ильичу было свойственно неровное отношение к своим сочинениям. Нередко он надолго охладевал к тем сочинениям, которые сначала считал самыми удачными, затем они опять начинали ему нравиться. В ту пору он считал «Опричника» каким-то своим «музыкальным грехом» и поспешил загладить его сочинением новой оперы. Случай вскоре помог ему.

Страницы: 1 2 3 4