МАЙДАНОВО

«…Работать нужно всегда, — говорил он, — и настоящий честный артист не может сидеть сложа руки, под предлогом, что он не расположен. Если ждать расположения и не пытаться идти навстречу к нему, то легко впасть в лень и апатию … со мной очень редко случаются… нерасположения … Я это приписываю тому, что одарен терпением и приучил себя никогда не поддаваться неохоте. Я научился побеждать себя».

Став деревенским жителем, Петр Ильич впервые близко соприкоснулся с крестьянской жизнью. Гуляя в окрестностях Майданова, он поражался бедности, царившей в деревнях.

«Избы в здешней деревне самые жалкие, маленькие, темные; духота в них должна быть ужасная, и когда вспомнишь, что они восемь месяцев должны прожить в этой темноте и тесноте, сердце сжимается … Земля по разделу с помещицей им досталась ужасная — голый песок; лесу нет вовсе, заработка никакого, так что большинство бедствует…

Школы нет, ближайшая школа отстоит на расстоянии шести верст … Хотелось бы что-нибудь сделать, и чувствуешь свое бессилие». Чайковскому пришлось преодолеть много трудностей, прежде чем удалось добиться разрешения на открытие школы. Когда наконец школа была открыта, он почувствовал большое удовлетворение.

Однако методы преподавания учителей — священника и дьякона — ему весьма мало понравились: ученики, получив задание, учили тут же в классе, громко выкрикивая слова. «Если бы я был учеником этого дьякона … я бы убежал от невыносимого шума, — признавался композитор. — Но… — прибавлял он, — я воздерживаюсь от критики этой странной методы и рад, что как бы ни учились, а все-таки учатся».

На содержание майдановской школы Петр Ильич ежегодно вносил большую денежную сумму.
В Майданове Чайковский создал два крупных произведения: программную симфонию «Манфред» и оперу «Чародейка». Там же сочинил около двадцати романсов.

Мысль о создании «Манфреда» по поэме Байрона внушил композитору М. А. Балакирев. «Сюжет этот, кроме того, что он глубок, еще и современен, — писал Милий Алексеевич осенью 1882 года, — так как болезнь настоящего человечества в том и заключается, что идеалы свои оно не могло уберечь. Они разбиваются, ничего не оставляя на удовлетворение душе, кроме горечи. Отсюда и все бедствие нашего времени».

Чайковский не сразу решился взяться за сочинение симфонии «Манфред». Он очень ценил музыку Шумана к поэме Байрона, и первое время ему казалось, что нельзя найти для «Манфреда» иного, чем у Шумана, музыкального выражения.

Постепенно он увлекся сюжетом и создал большую программную симфонию. Наиболее содержательна в ней первая, самая длинная и сложная часть. Суровая скорбная тема рисует образ Манфреда, его страстно тоскующую душу.

Ей противопоставлена нежная, полная глубокого чувства мелодия, характеризующая образ когда-то любимой Манфредом Астарты, которая является на его зов из царства теней.

Вторая и третья части представляют картины скитаний Манфреда в Альпийских горах: он видит простую жизнь пастухов с ее скромными радостями; в искристых струях водопада снова возникает перед ним светлое видение Астарты …

Четвертая часть — страдания и гибель Манфреда.

Симфония «Манфред» была встречена благожелательно и публикой, и критикой, но не вызвала особого энтузиазма. Все музыканты единодушно отмечали исключительное богатство оркестровых красок, «…меня поразило Ваше мастерство, с которым Вы пользуетесь такими дополнительными инструментами, как, например бас-кларнет, третий фагот, корнеты,— писал Чайковскому молодой петербургский композитор А. К. Глазунов. — Я бы положительно не знал, куда их деть, а у вас они всюду находят место…»

Похвалил новое произведение и строгий критик — Ц. А. Кюи. «Из всех четырех частей «Манфреда» первая — наиболее значительна, эта часть симфонии, как нам кажется, принадлежит… к наилучшим страницам Чайковского по глубине замысла и единству в разработке…» — писал он. Сам Чайковский также больше всего ценил в «Манфреде» первую часть.

Едва закончив «Манфреда», Петр Ильич начал сочинять новую, восьмую оперу. Его привлек сюжет трагедии известного в то время драматурга И. В. Шпажинского «Чародейка». По просьбе Чайковского, автор сам переделал трагедию в оперное либретто.

Несмотря на нескончаемые мытарства с постановками, хлопоты и разочарования, композитор вновь и вновь обращается к сочинению опер.

Страницы: 1 2 3 4