К ЛЮДЯМ

— Почему же раньше вы не дирижировали своими сочинениями, дорогой Петр Ильич? — спросил его, горячо пожимая руки, С. И. Танеев.

— Видите ли, Сережа, когда был жив наш незабвенный Николай Григорьевич, мог ли я состязаться с ним в управлении оркестром? Он был лучшим истолкователем моих сочинений, чем я сам, — отвечал Чайковский. — Однажды в молодости я попробовал продирижировать какой-то своей небольшой вещицей.

Получился конфуз … Как я тогда волновался — вспомнить страшно! Мне казалось, будто голова моя валится набок, и я подавал оркестру знаки одной правой рукой, а левой крепко ухватился за подбородок, чтобы держать ее прямо. Спасибо, оркестранты выручили, сыграли! Ну, уж больше я и не брался после такого случая …

Поборов робость, Петр Ильич с памятного спектакля 19 января 1887 года не раз дирижировал своими операми и развернул широкую концертную деятельность: ездил по крупнейшим городам России, совершил три большие артистические поездки по Западной Европе и Америке.

И все же, положа руку на сердце, Петр Ильич Чайковский не мог назвать себя прирожденным дирижером. Не имея за плечами большого опыта, он не владел в достаточной мере техникой управления оркестром.

Конечно, он лучше, чем кто-либо другой, мог передать замысел своего произведения, но был по натуре слишком мягок и деликатен, чтобы добиваться точного исполнения всех тонкостей. Случалось ему и «проваливать» свои сочинения. До конца он так и не победил страха перед выступлениями, но особенно волновался на первой репетиции, когда дирижировал незнакомым оркестром.

В декабре 1887 года Чайковский выехал в первое артистическое путешествие по Европе. Повсюду — в Германии, Чехии, Франции и других странах — концерты его проходили с огромным успехом. Он познакомился со многими выдающимися композиторами и музыкальными деятелями.

Из всех городов Германии самый горячий прием был оказан Чайковскому в Лейпциге. С душевным трепетом вошел Петр Ильич в зал Гевандхауза. В этом зале звучала когда-то музыка Роберта Шумана, одного из его любимых композиторов: замечательная пианистка Клара Шуман (его жена) играла его фортепианные произведения — «Карнавал», «Танцы Давидсбюндлеров», «Крейслериану», Феликс Мендельсон дирижировал его симфониями, а сам Шуман, всегда сосредоточенный и молчаливый, застенчиво прятался где-нибудь в самом дальнем уголке зала …

После генеральной репетиции публика — в большинстве студенты и музыканты — устроили Чайковскому овацию. Самый концерт прошел также блестяще.

Затем состоялся торжественный обед в его честь, на котором композитор Карл Рейнеке, лично знавший Роберта Шумана, рассказал Петру Ильичу много интересного о нем. Познакомился он также с известным немецким композитором Иоганнесом Брамсом.

Теплое чувство оставила у Чайковского встреча с Эдвардом Григом и его женой. Музыку этого выдающегося норвежского композитора Петр Ильич давно знал и любил.
На прощание под окнами отеля, где жил Чайковский, была исполнена серенада.

Репетиции, концертные выступления, торжественные приемы и обеды очень утомляли Петра Ильича. Несмотря на то, что он искренне радовался успеху своей музыки, порой его охватывало неодолимое желание остаться одному, отдохнуть от общества.

Тогда, если выдавались день-два, свободных от репетиций, он уезжал инкогнито в какой-нибудь тихий городок и проводил время в полном одиночестве. Однако не всегда ему удавалось остаться неузнанным, слишком он был теперь заметной фигурой.

Из Германии Петр Ильич направился в Прагу, где его ждали грандиозные торжества. На вокзале его встречали самые выдающиеся чешские музыкальные и политические деятели. До самой гостиницы он шел между плотными рядами людей, приветствующих его криками «слава!»

Страницы: 1 2 3 4